Путинский тандем подкрался незаметно: патологоанатомия режима


В середине августа 2012 года имела место эпохальная, апокалипсическая новость, которую почти никто не заметил. Вернее, заметили все, но сделали вид, что или не заметили вовсе, или не поняли, или не посчитали нужным её прокомментировать надлежащим образом. Переизбранный на третий срок Путин неожиданно провозгласил всему цивилизованному миру о том, что именно он, а вовсе не президент Медведев, запланировал российско-грузинскую войну августа 2008-го года, точнее, ничем не мотивированную российскую военную агрессию в отношении соседнего мирного государства — Грузии.

Нового в этом — по сути, содержательно — не было ничего, потому что это было секретом Полишинеля (мы об этом развернуто и аргументированно писали давно). Но по форме это заявление было фактическим и самоличным признанием Путина, при исполнении им своих служебных обязанностей главы российского государства, в том, что он является международным военным и уголовным преступником, достойным Международного уголовного трибунала в Гааге — современного аналога Нюрнберга.

Это было равносильно тому, как, если бы воскресший фюрер Адольф Хитлер официально признался в том, что именно его молодчики подожгли Райхстаг. Как, если бы воскресший диктатор Иосиф Джугашвили сам и официально признался во всём том, в чём его давно и аргументированно обвиняет в своих великолепных исторических книжках гениальный Виктор Суворов (Резун): что именно он, Джугашвили (Сталин), инициативно планировал военную агрессию в отношении фашистской Германии, и только случай помог Адольфу Хитлеру напасть на СССР в июне 1941 года первому.

Как, если бы Джугашвили официально признался в своей прямой вине по Катынскому делу, когда органы НКВД, по прямому секретному указанию сталинского Политбюро, инсценировали массовый расстрел польских офицеров якобы нацистской Германией.

Итак, действующий президент Российской Федерации Владимир Путин сделал официальное заявление, что задолго до августа 2008-го года, ещё во время своего второго президентского мандата в 2004-2008 годах, будучи в здравом уме и полном психическом здоровье, он сознательно и целенаправленно планировал и готовил агрессивное, немотивированное, инициативное нападение на законного и мирного члена Организации Объединенных Наций. С открыто преступными целями: завладеть существенной частью её законной территории (Южной Осетией и Абхазией) и, возможно, свергнуть её законно избранного, легитимного руководителя и силой изменить государственной строй Грузии.

Путин публично признался, что Грузия была целенаправленно спровоцирована, провокационно втянута в вооружённый конфликт помимо её воли. Что Верховный главнокомандующий Вооружёнными силами РФ использовал силы и средства армии, авиации, флота, ФСБ, погранвойск, разведки для совершения международной агрессии, положив на этом не только жизни мирных граждан Грузии, но и военнослужащих России. То есть, действующий президент РФ Путин признался в злостном, преступном, недопустимом нарушении Устава ООН и цивилизованных норм международных отношений. Это было также явным нарушением Конституции РФ (далеко не первым) и нарушением Присяги президента России (увы, не последним). Это было попыткой политического самоубийства Путина на международном уровне.

Новость была настолько ошеломляющей и вызывающей, что все её … пропустили мимо ушей. Иначе против Путина нужно было немедленно возбуждать дело об импичменте, а также международное уголовное дело, выписывать международный ордер на арест и доставлять его под конвоем в камеру предварительного заключения в Гаагу для судебного следствия. Вместо этого, все в мире сделали вид, что ничего важного не произошло.

Путин окончательно сошёл с ума, но … зачем?

Почему Путину понадобилось столь вызывающее, скандальное, провокационное, самоубийственное, если не сумасшедшее заявление? Кто его тянул за язык в 2012 году? Почему он не побоялся хотя бы предсказуемой негативной международной реакции, неотвратимых отрицательных международных последствий?

Было ли это явкой с повинной, осознанием его вины, добровольным признанием, раскаянием? Нет, явкой с повинной это не было. Совсем наоборот. Путин злорадствовал. Путин бравировал. Путин провоцировал весь Земной шар. Путин бросал вызов всему миру, демонстрируя свой средний палец в форме ядерной ракеты. Путин плевал всем в лицо. Путин демонстрировал свою «отмороженность».

Конечно, за 13 лет мы привыкли с Путиным уже ко многому. Было бы наивным с нашей стороны ожидать нормальных действий от индивида, который печально «прославился» своими более, чем странными пиар-компаниями: сексуально-озабоченными, «сортирными», казарменными шуточками поручика Ржевского, буратинным обманом с греческими амфорами, детсадовским катанием на всех видах транспорта, порнокалендарями, гомосексуальным общением с байкерами, педофильским поцелуем животика несовершеннолетнего отрока Никиты, личной «дружбой» и посылкой двух собственных дочерей на каникулы в логово отморозка и педофила Берлускони, поддержкой отморозков Каддафи и Асада, публичным пением и музицированием без слуха и голоса, идиотическим полётом с журавлями и много ещё чем. Как пел Высоцкий:

Он то плакал,
то смеялся,
то щетинился как ёж.
Он над нами издевался —
ну, сумасшедший!
Что возьмешь?

Однако же есть пределы стёбу и эпатажу публики. Зачем Путину понадобилось столь явно заходить за грань психического здоровья? Вас удивит наш ответ, но в этом последнем, видимом сумасшествии Путина как раз некоторое рациональное зерно таки было. Именно в самоубийственном публичном признании в своём международном военном уголовном преступлении. Просто потому, что у Путина уже не было иного политического выхода. Это явилось его последней, отчаянной попыткой реанимировать политический труп не только свой лично, но собственного узурпаторского преступного режима.

Реанимировать, прежде всего, для внутреннего и очень специфического потребителя — внутри России, после катастрофических последствий со сталинским процессом над Пусси Райот, в преддверии осени 2012 года. Уголовщина и помешательство отморозка были рассчитаны на нашу сермяжную и именно, что уголовную, сумасшедшую, отмороженную публику. Отморозок пошёл ва-банк, чтобы снова понравиться отморозкам. Уголовник рассчитывал на возобновление признания от уголовников. Минус на минус дают плюс. Путинская арифметика. Отморозок и уголовник Путин сделал последнюю, отчаянную ставку на уголовщину и поножовщину внутри страны. На гражданскую войну. На сталинские репрессии. На фактическое введение в России чрезвычайного положения, отмену всех конституционных прав и свобод.

Это заявление было равноценно электрошоковой терапии при клинической смерти от остановки сердца. Это было равнозначно прямому уколу атропина в сердце только что клинически скончавшегося пациента. Но в путинском случае помочь это уже не могло. Потому что было уже поздно. Потому что политически и сам Путин, и его режим уже умерли. Путинский режим — в нынешнем 2012 году. А лично Путин — ещё в декабре 2008 года. И уже ничто не могло и никогда не сможет реанимировать его давно остывший, изъеденный опарышами и полуразложившийся политический труп. Его политическая смерть была не свежей клинической, а давнишней, полной и необратимой.

Чтобы это понять, нам нужно мысленно сесть на машину времени и вернуться исторически на несколько лет назад.

России пришёл полный тандем.

В первой части этого повествования мы уже начали рассказывать о том, какие стратегические ошибки совершил Путин в 2006-2008 годах. Весной 2008 года, передав царский трон весьма странному и убогому существу — Медведеву, Путин, как потенциальный, номинальный лев — царь зверей — умер клинической смертью, самоубился. Потому что настоящий лев никогда бы не смог уступить царский трон никому, даже на время. Если царский трон можно покинуть хоть на секунду — он перестает быть царским. Царскую корону, как нижнее белье, нельзя дать поносить кому-то.

Это — как уступить на время свою жену приятелю, позволить ему спать с ней, пока вы уезжаете на четыре года в длительную загранкомандировку или в арктическую экспедицию на Северный полюс. Какому нормальному мужу такое может придти в голову? А вот Путину пришло. Что и наглядно свидетельствует о его «нормальности».

Восемь лет Путин и его окружение, все путинские СМИ, все путинские пропагандисты и агитаторы, целенаправленно укрепляли в народе мысль, что без Путина Россия не мыслима. Без него Россия погибнет сразу. Отсюда лозунг: если не Путин, то кто? Конь в пальто?

И вот Путин сам лично приводит этого самого «коня в пальто» — Медведева — на своё царское и недоступное смертным место. Как Калигула привёл когда-то в римский Сенат своего любимого коня Инцитатуса, сделав его сенатором. Но Калигула не делал своего коня римским императором.

А Путин Медведева, с интеллектуальным потенциалом коня, доцента провинциального ВУЗа, сделал вместо себя президентом огромной ядерной державы. Уже только этим Путин самолично поставил большой и жирный крест на самом себе, как на «богоизбраннике». Потому что публично полностью опроверг свой собственный лозунг. Оказалось, что вместо Путина на трон может с его благословения сесть АБЫ КТО, КТО ПОПАЛО! Поэтому мы и утверждаем, что весной 2008 года, с избранием Медведева, Путин политически умер клинической смертью.

Но это ещё не было окончательной политической смертью ни Путина, ни его режима. Конечно, ситуация была плохой, но ещё не безысходной. Потому что Путин тогда ещё мог быстро вернуться победителем в Кремль и сидеть там до скончания века.

Потому что шакал Путин уготовил своему дублёру Медведеву тот ещё подарочек. Опер-чекист Путин приготовил для своего бывшего любимого, верного и послушного сексота Медведева отравленное яблочко. Путин решил совместить, во время вынужденного тайм-аута, приятное с полезным.

Шакал Путин, на период своёго временного отсутствия в Кремле, решил переложить на подставу Медведева пару весьма неприятных для страны и мира, потенциально опасных лично для Медведева, но весьма ему — лично Путину — приятных и полезных вещей. Путин решил чужими руками вынести пару каштанов из огня. Медведевскими подставными руками шакал Путин задумал сделать пару крупных пакостей.

А именно: первое — поквитаться со своим личным врагом, ненавистным ему лично президентом ненавистной ему демократической Грузии Михаилом Саакашвили, чем нагадить лидерам мировых цивилизованных государств. И второе — продлить себе неконституционным образом конституционный срок президентских полномочий для своего следующего захода в Кремль, чтобы в следующий заход просидеть там уже не два, а три срока подряд.

Маленькая победоносная война.

Итак, шакал Путин вознамерился, руками шута Медведева, показать кузькину мать грузинскому свободному волку Саакашвили и, заодно, всему мировому сообществу крупных хищников.

Войну с Грузией Путин задумал давно. Войну с Грузией Путин хотел провести давно. Войну с Грузией Путин давно и целенаправленно готовил. Как минимум с 2006 года, а реально — с 2000-го. Но всё как-то не доходили руки. Всё как-то не складывалась ситуация. То война в Чечне. А нет хуже ситуации для стратега, чем вести войну на два фронта. То в международном плане Путин боялся последствий, санкций, осуждения, изоляции, поскольку был слишком слаб в начале своего «правления». То у него не было достаточных денежных и материальных ресурсов, пока мировая конъюнктура не помогла неожиданным образом.

Но уже с 2006 года Путин целенаправленно накапливал армейские резервы в приграничных с Грузией районах, приучал своих генералов к мысли о вторжении, приручал жадных до российского нефтегазового бабла подлых нацменов по другую сторону границы, вербовал агентуру и предателей в Южной Осетии и Абхазии, укреплял у них ощущение, что путинская Россия, начинавшая «подниматься с колен», поможет и им решить их мелкие тактические и личные проблемы за счет предательства стратегических интересов их народов.

Путин задумал ту же комбинацию, которую придумал и провернул Джугашвили в своё время с провокацией в Катыни. Путин решил спровоцировать Саакашвили на вооружённую защиту своих национальных интересов, чтобы получить повод для вооружённого вмешательства извне.

В начале августа 2008 года в Китае проходили летние Олимпийские игры. И шакал Путин показательно уехал туда. Не просто на денёк-другой, как все приличные люди. А как бы по-серьёзному. Шакал Путин залез отсиживался в китайских олимпийских кустах. Пока его дублёр, игрушечный президент Медведев, разыгрывая из себя льва, начал вооружённую агрессию в Грузию. При этом Путин с Медведевым сознательно поставили Россию и весь мир на грань третьей мировой войны.

Карибский кризис-2.

Как в своё время такой же безответственный и полусумасшедший тип — Никита Хрущёв, тот самый, что стучал в 1960 году своей туфлёй на трибуне ООН — поставил в 1962 году мир на грань глобального ядерного столкновения, что получило название Карибского кризиса. Хрущёв начал размещение советских ядерных ракет среднего и переходного радиуса действия (до 4 тыс. км) на социалистической Кубе Фиделя Кастро, откуда они могли потенциально поражать практически любую стратегическую цель на территории соседних США и Канады. Если бы не выдержка тогдашнего президента США Джона Фицджеральда Кеннеди, убитого год спустя, якобы агентом КГБ, если бы не самоотверженность и героизм («предательство», с совковой точки зрения) полковника ГРУ Генштаба СССР Пеньковского, сообщившего американцам секретные данные, которые помогли им быстрее и правильнее разобраться в реальности угрозы, за что он был в СССР в 1963 году осуждён и расстрелян, возможно, я бы не писал сейчас эти строки, а вы бы их не читали.

Да, Путин, руками Медведева, не размещал ядерные ракеты и не наносил ядерных ударов, но он атаковал соседнюю мирную страну Грузию, которая просто хотела жить свободно, не подчиняясь диктату из Москвы, и была связана тесным военным сотрудничеством с НАТО, то есть с фактическим главным противником путинской России (хотя Путин и божился, что с приснопамятных времён СССР, ни США, ни НАТО официально больше не являлись главными противниками РФ). На повестке дня реально изучался вопрос о возможном будущем вступлении Грузии в Евросоюз и в блок НАТО. Инструкторы НАТО и США уже готовили грузинский спецназ и переоснащали армию.

Путин вполне осознавал, что агрессия против Грузии не означает автоматический военный ответ США и НАТО, их прямое вмешательство в войну, но что такой ответ, в той или иной форме, возможен, и что при таком ответе региональный, пограничный конфликт соседей может легко перерасти в противостояние глобальное, через флот США в Средиземноморье и на Чёрном море, а также через базы НАТО в Турции и Италии. В детали вдаваться не будем. Кто хочет, может их прочитать дополнительно, благо на эту тему уже написано много.

Здесь нам нужно подчеркнуть главное — Путин решил переложить все риски за военную провокацию и авантюру против Грузии и, потенциально, НАТО и США, на свою подставную куклу Медведева. При этом, Путин, как в русскую рулетку безответственно, провокационно, преступно играл судьбами мира, России и российского народа, Грузии и грузинского народа, судьбами тысяч российских военных и членов их семей.

К тому же, Путин повёл себя не как храбрый лев и воин, а как трусливый шакал — в очередной раз. Шакал (Путин) не взял ответственность на себя, а подставил под удар другого (Медведева). Шакал не стал воевать сам. Путин зассал. Шакал всё спланировал и подготовил, но исполнение поручил кремлёвскому шуту. Больше того, самым тщательным образом шакал отработал своё «алиби», свою якобы полную непричастность к авантюре. И на этом, вполне логично — с точки зрения нормальной логики, и довольно неожиданно для самого шакала, увлекшегося шакальей логикой, он стратегически и крупно проиграл. Как это ни смешно, но выиграл от этой авантюры не Путин, а именно Медведев, но об этом — скажем подробнее чуть ниже.

Путин сам формально не менял Конституцию — её поменял Медведев … под Путина.

Путин задумал не просто вернуться в Кремль после паузы с Медведевым, а вернуться аж на три четырёхлетних срока подряд. Как такое могло быть возможным? За счет неконституционного изменения Конституции. Конституцию «юрист» Путин торжественно пообещал не менять. И своё торжественное обещание сдержал.

Её для Путина и под Путина изменил путинский послушный раб и сексот Медведев — во время кукольного правления на царском троне.

Сладкая парочка не стала отменять конституционные ограничения, не стала менять государственный строй. Они решили подправить «только» срок. С четырёх лет до шести. Чем реально дали возможность одному и тому же лицу (читай — Путину) в следующий раз отсидеть уже на два, а три старых срока подряд (две новые шестилетки равны трём старым четырёхлеткам).

И в этом вопросе, как и в военной авантюре с Грузией, показательно даже не ЧТО, а КАК было сделано, в какой форме. Снова поведение Путина не было поведением льва, царя зверей, диктатора, мощного политика, а шакала. Путин снова ушёл в кусты, отсиживаться в Белый дом, поджав свой трусливый шакалий хвост. И оттуда — из кустов, с Краснопресненской набережной — шакал Путин внимательно смотрел за тем, как его подручный «лев» Медведев меняет для него и под него Конституцию России. Там в кустах (на условно «подчинённом» Медведеву посту премьера) шакал Путин долго выжидал, что будет, какая последует реакция в стране и мире. Если пронесёт — вылезет из кустов. Если нет — подставит под удар куклу Буратину, накажет его.

Но и тогда ещё Путин не был политически мёртв. Он был почти мёртв, но не окончательно. Нитевидный пульс ещё прощупывался, кровь ещё слабо текла, сердце ещё слабо билось, но мозг и организм были уже в глубокой коме. Была ли у Путина тогда возможность выйти из комы? Да, была. Последняя. Путину нужно было убирать Медведева уже в декабре 2008 года, политически или физически.

В большой политике нет ничего опаснее тандема.

Конфигурация тандема была чрезвычайно опасной для Путина, не только стратегически, но даже тактически. Она несла для него реальную опасность неуклонной и стремительной потери политической инициативы, ухода из народной мифологемы и быстрого исчезновения с российской шахматной доски. Такая конфигурация политически добивала уже умершего весной 2008 года клинической политической смертью Путина, убивала его окончательно. Такая конфигурация могла быть только вынужденной и только очень временной.

Это в своё время отлично понимал Ельцин. Особенно, когда в 1996 году ложился на операцию по тройному коронарному шунтированию. Пересадка Медведева на царский путинский трон была сродни временной передаче исполнения президентских обязанностей премьеру Черномырдину, включая ядерный чемоданчик — только на время операции Бэна, когда президент находился без сознания, под наркозом, на операционном столе. Но как только Ельцин прочухался от анестезии, ещё будучи физически очень слабым и ещё находясь в палате реанимации, но уже в полном сознании, первое, что он сделал: немедленно забрал у ВРИО президента обратно себе всё — и всю полноту полномочий, и ядерный чемоданчик. Чтобы у тогдашнего премьера не возникло даже соблазна, даже мысли о том, что царский скипетр и держава могут надолго остаться в его нецарских (читай, грязных, недостойных, холопских) руках.

Также и для политического возрождения, для политической реанимации уже умершего весной 2008 года клинической смертью Путина, нужно было его срочное возвращение на престол не позже декабря 2008 года — сразу после выполнения кремлёвским Петрушкой программы-минимум (война с Грузией и продление срока президентских полномочий под Путина на следующем цикле), ради которой Медведева и сажали на трон. Уже в конце 2008 года кукла на троне объективно стала Путину-правителю, Путину-небожителю мешать, если не угрожать. И её Путину-льву надо было прямо в декабре 2008 года убирать, устранять. Устранять буквально, физически, немедленно. Мавр сделал своё дело, мавр может уходить. Сделал дело — гуляй смело!

Операция «Наследник-2».

Путину, фактически и политически, нужно было просто и буквально повторить ту же операцию, что и с больным Ельциным в 1999 году — операцию «Преемник-2». Нужно было, чтобы действующий президент Медведев 31 декабря 2008 года досрочно ушёл в отставку, отказался от дальнейшего исполнения своих обязанностей, сделал «своего» подчинённого — премьера Путина, как Ельцин 31-го декабря 1999 года, временным исполняющим президентские обязанности. Затем последовали бы досрочные президентские «выборы» в 2009 году и, при тогдашнем раскладе, автоматическое возвращение Путина ещё на два, а фактически на три срока подряд (дважды шесть равно трижды четыре). Всё вполне предсказуемо, программируемо, ожидаемо, почти гарантированно.

Если бы Путин реально был львом, царём зверей, как он себя тогда продолжал позиционировать в пиар-поле, он бы буквально повторил схему рокировки декабря 1999 года, когда «Семья» при помощи Березовского, Павловского, Доренки посадила его первый раз на царский трон. А чего дурака-то валять? Всем всё было понятно и так. Всем были понятны задачи кремлёвского Петрушки. Всем была понятна путинская тактика. Ну, чего резину тянуть, чего валять Ваньку?

Тем более, что формально в таком варианте придраться было абсолютно не к чему. Юрист Путин весной 2008 года трон формально уступил, по Конституции. В конце 2008 года трон бы уступил обратно его «законному обладателю» и «небожителю» Путину его подчинённый юрист Петрушка, формально, по Конституции. Юридически всё — безупречно, между нами, юристами, говоря.

Да, у Путина, вернувшегося на трон таким нехитрым способом, могли бы возникнуть со временем некоторые «моральные», «этические» и глубинные проблемы, но когда этика, мораль, забота о стратегических интересах России и её народа интересовали Путина? Никогда! Операция «Наследник-2» была бы некрасивой, вызывающей. Но Путину не в первой было делать хорошую мину при плохой игре. Вспомним Курск, Норд-Ост, Беслан, убийства Политковской и Литвиненко. Да, тот же тандем пресловутый…

Прямое, буквальное повторение, буква в букву, в конце 2008 года схемы 1999 года с Ельциным при обратной рокировке с Медведевым, было бы очень циничным, а потому — любопытным и юморным, очевидным розыгрышем даже не столько страны, сколько мира. А посмеяться над страной и миром Путин с компанией любили и регулярно этим занимались. На это их тянуло, и это было бы неплохо, но такой чёрный юмор грозил все-таки некоторым провалом в легитимности в международном плане. Это тебе не журавлиный полёт, поцелуи полуусыпленных хищников и детских пупков или греческие амфоры.

Однако такая циничная схема блиц-крига, перманентной революции, постоянной борьбы за власть, стремительной обратной кремлёвской рокировки укладывалась бы в психологические ожидания тогда ещё весьма многочисленных почитателей Путина, в ожидаемое и программируемое поведение альфа-самца, льва — царя зверей, за которого шакал Путин продолжал ещё себя выдавать.

Но Путин в очередной раз повёл себя не как лев, не как альфа-самец, а как шакал. Путин испугался. Путин побоялся повторять слово в слово столь очевидный и всем знакомый ельцинский «семейный» сценарий 1999 года. При Путине тогда уже не оказалось Березовского, Павловского и Доренки, чтобы подсказать, посоветовать, подтолкнуть в локоток. Сурков — не в счёт. А один шакал Путин не решился откровенно поиздеваться над страной и миром. Рождённый ползать — летать не может (если только не на дельтаплане с журавлями, на потеху пацанве и для всеобщего осмеяния публикой). Шакал способен некоторое время «косить» под льва, обманывать публику, но ему никогда на дано стать царём зверей.

Но и оставлять подсадную куклу на кремлёвском троне надолго было для Путина политически смертельно, самоубийственно. Это ему могли бы сказать любые серьёзные политтехнологи, если бы у него они тогда оказались под рукой, если бы он их послушался, как слушался раньше. Если бы клинически умерший Путин тогда уже не возомнил себя самым умным, самым хитрым и изощрённым…

Медведева требовалось досрочно и срочно убирать, но как это сделать «красиво»?

У Путина оставались варианты более изощрённого обмана «глупой публики» (то есть, народа, нас с вами, международной общественности) при столь политически необходимом ему отстранении Медведева. Например, вариант отстранения кремлёвской подставной марионетки в результате какой-то её грубой «ошибки» при исполнении высших, президентских обязанностей. Можно было бы, например, объявить «ошибкой» ту же агрессивную войну с Грузией, вызывающую аннексию грузинских территорий, поспешное признание медведевской Россией кукольных «стран» — Южной Осетии и Абхазии. И быстро убрать Петрушку через потешный, прикольный импичмент в послушной и потешной Думе.

Путину теоретически можно было убрать Медведева, как Брежнев, Косыгин, Подгорный, Шелепин и другие «соратники» по ЦК КПСС и его Президиуму (тогдашнее название Политбюро) убрали с двух высших партийных и государственных постов 13-14 октября 1964 года первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совмина СССР Никиту Сергеевича Хрущёва. Но и этот вариант для Путина не подходил практически — не из-за его личной шакальей трусости, а из-за правильного и логичного политического расчёта, по причинам объективным и субъективным. Отчасти, по тем же причинам и внутренним аппаратным законам автократий, по которым не удался, не смог состояться первый кремлёвский антихрущевский заговор — в июне 1957 года — в разбор деталей которого у нас здесь, к сожалению, нет возможности углубиться.

Во-первых, такое публичное «наказание» непрофессионализма и некомпетентности высшего лица, главы государства создавало бы весьма плохой, недопустимо плохой прецедент при путинском режиме, строившемся на принципе «самодержавия», почти «личной диктатуры», не реальной, но идеологической, системообразующей. Если дело так пошло бы и дальше, если бы зародилось зерно сомнения, так могло бы когда-нибудь и до Путина дойти. Нельзя было допускать у народа даже саму крамольную идею, даже саму богоотступную мысль, что царь может в чём-то ошибаться. Царь — безгрешен по умолчанию, по определению. Даже такой временный, как Медведев.

Во-вторых, при «наказании» Медведева косвенно подставлялся бы сам Путин. Если в чём-то ошибся путинский ставленник Медведев, значит в этом была бы вина и лично Путина, самогО — как бывшего медведевского начальника, как кадровика, который сам отобрал, сам благословил и сам посадил на царский трон своего преемника.

В-третьих, если объявлять о какой-то одной грубой «ошибке» Медведева, тогда автоматически, отражённым светом, рикошетом дезавуировалась бы вся медведевская временная деятельность на царском троне, все другие его «инициативы». Прежде всего, та основная, ради которой он и сажался на трон — проведение через Думу неконституционного изменения Конституции по продлению срока президентских полномочий для Путина-2.

Наконец и главное — Медведеву, кукле, клоуну, марионетке, как это не смешно, за полгода уже удалось набрать очки, собственную популярность в народе и вполне ощутимый политический вес. Во многом — именно благодаря войне с Грузией. Получалось что, пока трус, перестраховщик и шакал Путин отсиживался в кустах, «воин» и «лев» Медведев вёл боевые действия, бесстрашно воевал с игрушечной страной, сражался и победил «врага» не только в лице смешной Грузии, но и, особенно, в лице блока НАТО, стоявшего за ней.

Сними с руля! — Сам ты сруль!

Трусливо, подло и мелко расчетливо переложив военные и репутационные риски с грузинской авантюрой на Медведева, Путин тактически и стратегически сыграл ему на руку, а сам полностью просчитался, сильно проиграл, поскольку представал в глазах народа трусом и шакалом, рыцарем печального образа, который не может ничего делать, а может только трепать языком. Медведев же, этот самый убогий Медведев, в народном воображении, в мифологии вдруг резко становился «рыцарем в тигровой шкуре», «рыцарем без страха и упрека». Медведев, хоть и был шутом, но он победил во вполне реальной войне с Грузией (пусть со смешной и слабой), а победителей не судят. Это — аксиома.

Медведевская война с Грузией пробудила к жизни националистические и фашиствующие силы, для которых Медведев стал инкарнацией русского реванша над Кавказом. Для тех, кто ненавидел Джугашвили, не демократически (как диктатора), а этнически (как грузина), эта война стала ещё и своего рода реваншем за «геноцид русского народа» во время сталинских чисток. Открещиваясь публично от авторства и ответственности, а с ними заодно и от лавров за грузинскую авантюру, Путин зарывал сам себя всё глубже в идеологическую и политическую могилу, строя одновременно своими руками прижизненный памятник своему дублёру — скомороху и шуту Медведеву.

Был такой замечательный советский анекдот. Едет на велосипеде тандем — крокодил Гена и Чебурашка. Гена сидит на седле, крутит педали, а Чебурашка, взгромоздившись на руль, рулит. Их на дороге останавливает гаишник. И говорит: «Граждане, почему порядок дебоширим? Почему нарушаем?» — «А в чём дело?» — Мент показывает полосатым жезлом на Чебурашку и говорит Гене: «Гражданин крокодил, снимите вот этого… э-э… с руля!». На что Чебурашка обиженно и гордо возражает инспектору ГАИ: «Никакой я не сруль! Я — Чебурашка! Сам ты — сруль!»

Этот анекдот был полностью повторён путинским режимом в конце 2008 года. Когда Путину политически нужно было срочно снимать с руля управления страной временного Медведева, социологически выяснилось, что тот уже был вовсе и не «срулём», а вполне себе самостоятельным и популярным в народе молодым руководителем при руле, на руле, у руля. А бывший рулевой Путин, снятый, слезший с руля, отдавший руль в чужие руки, уже сам попал в собственную ловушку, в собственный капкан, в собственный тупик. Путин сам стал «срулём», а не крокодилом.

До Путина эта элементарная логика, очевидная серьёзным аналитикам уже осенью 2008 года, дошла, как до жирафа, только спустя четыре года. Именно поэтому, в августе 2012, как мы и рассказывали в начале этого повествования, он вдруг совершенно неожиданно попытался отобрать у Медведева сомнительные лавры грузинской авантюры, поставив ещё больше на кон свою репутацию и легитимность перед международным сообществом, пойдя ва-банк.

Для чего? Лишь бы попробовать в 2012 году, когда почти всё проиграно, отыграть медведевский авторитет и медведевские очки в глазах русских националистов, экстремистов и фашистов, на которых политический труп Путина и кремлёвские «ястребы», при закручивании гаек внутри идеологически восставшей против узурпаторского режима страны, решили сделать свою окончательную ставку в уже проигранной ими борьбе за ускользающую власть, против демократического, миролюбивого и рационального большинства населения в стране. Но уже было поздно — не только сам лично Путин, но и весь его нелегитимный и преступный режим был уже политически мёртв и исторически обречён.

Потому что этот путинский финт ушами не проходил уже даже в конце 2008 года, когда подобный вариант отстранения Путиным превратившегося из соратника в соперника Медведева от руля власти в результате «ошибок» последнего совершенно не мог сработать — ни логически, ни идеологически, ни пропагандистски.

Путину Медведева надо было срочно умертвить! Но как именно?

В конце 2008 года у клинически мёртвого «сруля» Путина оставался последний и идеальный вариант своего возрождения и отстранения соперника: невозможность дальнейшего исполнения президентских обязанностей Медведевым в результате форс-мажора — то есть, внезапного, непредсказуемого наступления внешних обстоятельств непреодолимой силы.

Медведев должен был срочно и досрочно освободить трон по внешне независящим от Путина и самого Медведева запредельным причинам. Медведева нужно было немедленно убрать физически, убить, «замочить в сортире». Президенту Медведеву, политически мешающему его бывшему патрону Путину, следовало, было очень желательно быстро умереть. Не политически, не в переносном, иносказательном, аллегорическом смысле, а буквально — физически.

Тут, для бывшего директора ФСБ Путина, открывалось безбрежное поле возможностей с опорой на мощный арсенал бывшего КГБ, накопленный ещё со сталинских времён, начавший свой «славный, героический путь» ещё в секретной лубянской смертоносной лаборатории в чекистской служебной поликлинике №1 НКВД из Варсонофьевского переулка — «фабрике ядов».

Путинские спецслужбы являются вполне достойными продолжателями дела Яши Серебрянского и Павла Судоплатова — наёмных, заказных сталинских соколов — убийц, ликвидаторов, диверсантов и террористов. Тень Рамона Меркадера, убившего в Мексике ледорубом злейшего личного сталинского врага и соперника Льва Бронштейна («Троцкого»), во всю маячит на Лубянской площади и поныне. За это громкое «мокрое дело» подлого чекиста-исполнителя секретным Указом Президиума Верховного Совета СССР в 1960 году при Хрущёве тайно произвели в Герои Советского Союза, но и нынешние путинские «чекисты» продолжают боготворить и почитать сталинского убийцу.

У Путина было немало возможных вариантов умертвить объективно мешавшего ему в конце 2008 года Медведева.

1. Смерть Медведева в результате скоротечной и неизлечимой болезни

Самый нейтральный вариант — «естественная» смерть главы государства в результате тяжелой болезни, например, рака, инфаркта или инсульта. Как «естественно» умерли (или, по мнению сторонников теорий заговоров, были умерщвлены) Ульянов («Ленин»), Джугашвили («Сталин»), Брежнев, Андропов, Черненко.

Так называемые «естественные» смерти были естественны для бывших кремлёвских старцев, средний возраст которых составлял 70-75 лет.

Но сорокатрёхлетний Дмитрий Медведев был явно молодым, здоровым, спортивным человеком со слишком физически крепким организмом. Он психически часто казался полным идиотом, но физически просто дышал здоровьем и долголетием. Идиоты, дебилы, имбецилы, психически расстроенные люди вообще, по большей мере, имеют завидное физическое здоровье.

К тому же за здоровьем главы государства неусыпно и неустанно следил весь мощный, великолепно оснащённый аппарат бывшего Четвёртого главного управления Минздрава СССР — российского медицинского центра управления делами администрации президента РФ.

Вся кремлёвская предвыборная пропаганда подчеркнуто строилась на молодости и физическом здоровье Путина и Медведева по сравнению со старым и больным Ельциным, с коммунистическим совковым ареопагом. Внезапная смерть молодого и здорового Медведева не могла не стать весьма подозрительной.

Как стала подозрительной внезапная, от внешне «естественной смерти», от сердечной болезни, кончина бывшего благодетеля Путина — Анатолия Собчака. 17 февраля 2000 года он прибыл в Калининград как доверенное лицо кандидата в президенты России Владимира Путина, а через два дня скоропостижно скончался в гостинице в Светлогорске.

В обстоятельствах смерти Собчака много неясного; сообщалось, например, что в гостиничном номере находились еще два человека. Говорили, что в поездке Собчака сопровождал Шабтай Калманович – известный бизнесмен, связанный со спецслужбами и криминальными кругами (в июне 2009 года Калманович был убит в Москве). .

После разоблачительных публикаций в местной прессе прокуратура Калининградской области 6 мая 2000 года возбудила уголовное дело по статье «Умышленное убийство с отягчающими обстоятельствами» – предполагалось, что Собчак был отравлен. 4 августа 2000 года дело было закрыто. Официальная версия – бывший мэр Петербурга и друг Владимира Путина умер от болезни сердца.

Живущий в Париже известный писатель-криминалист Аркадий Ваксберг хорошо знал Анатолия Собчака. В своей вышедшей на французском языке книге «Лаборатория ядов» он пишет о загадке смерти бывшего мэра Петербурга. По мнению Ваксберга, есть много обстоятельств, указывающих на то, что речь идет о политическом убийстве, связанном с предвыборной президентской кампанией 2000 года. Вот как он рассказывал об этом в интервью радио «Свобода»:

«- Аркадий Иосифович, в своей книге «Лаборатория ядов» вы высказываете предположение, что Анатолий Собчак был отравлен. Почему у вас это предположение возникло?

— Прямых улик нет, но … что это не случайная смерть, не смерть от сердечной недостаточности, я в этом ни на минуту не сомневаюсь. Я вообще не уверен, что у него была тяжкая сердечная болезнь, как это представлялось. Эта тяжкая сердечная болезнь была, в общем-то, выдумана для того, чтобы его спасти от преследований, которым он подвергался в Петербурге, это был повод для того, чтобы его эвакуировать, избавить от преследователей. Я не видел никаких признаков того, что он лечился от сердечной болезни в Париже. Мы очень часто виделись, перерывов никаких не было, и не вижу процесса лечения.

— Вы могли бы перечислить эти косвенные улики?

— Мне очень трудно воспроизвести их — это целая цепочка доказательств. Достаточно сказать, что был категорический отказ от повторной экспертизы, и невероятная таинственность вокруг его смерти и причин его смерти тоже о многом говорит. Почему такая тайна должна окружать эту смерть? Раз есть хоть малейшие сомнения, должны быть проведены все мыслимые и немыслимые исследования для того, чтобы опровергнуть любые подозрения. Вот эта поспешность завершения исследования наводит меня на мысль о том, что там что-то не совсем нормально. И моментально это прекратилось, вообще разговоров на эту тему больше нет. Это не в упрек кому-то, это просто размышления о том, кому он мог помешать.

Я думаю, он должен был помешать тем, кто не хотел его благотворного политического влияния на новое руководство страны, а это влияние несомненно имело бы место, потому что он пользовался очень большим авторитетом у Путина, и люди, которые, наверное, не хотели этого влияния, каким-то образом хотели это сделать. Повторяю, это моя версия, мои предположения. Причем, они основаны и на том, как эволюционировали разработки в той «лаборатории ядов», о которых я говорил. Еще с 1935 года «лаборатория ядов» разрабатывала такую систему отравления, которая не была бы ядом в буквальном смысле этого слова, то есть отравления через воздушную среду. И это совпадает с тем, о чем пресловутый Майрановский, руководитель той старой «лаборатории ядов», докладывал в свое время Берии.

— То есть возможный способ убийства: яд мог быть нанесен на электрическую лампу – технология такова?

— Да, такая система отравления разрабатывалась в «лаборатории ядов». Это последнее новшество, изобретение при жизни Майрановского, главного чудовища этой «лаборатории ядов», на совести которого (если здесь можно говорить о совести), всевозможные политические убийства. И он разрабатывал эту систему: опубликовано его письмо Берии, где он говорил о том, что перспективность дальнейших разработок состоит в том, чтобы уйти от ядов, которые принимаются в виде пилюль, или порошков, или впрыскиваний, или инъекций, перейти к этой системе отравления, потому что она более эффективнее, оставляет значительно меньше следов, а, может быть, вообще никаких следов не оставляет.

Известно, как почувствовал себя плохо Анатолий Александрович, известно, что он лежал и читал, горела прикроватная настольная лампочка. Все это меня в совокупности навело на такого рода версии. Меня только поражает, что версии, если они существуют, не проверяются, что предпочтительнее поставить точку на официальной версии и больше к ней никогда не возвращаться. Эту цель я преследовал, когда об этом рассказывал.

— Было еще одно загадочное убийство в Петербурге чуть позже — отравление Романа Цепова.

— Я думаю, здесь есть связь. Цепочка криминала в Петербурге, где вдруг оказывается, что фигурант одного дела каким-то образом имеет отношение к другому делу, опять-таки наводит на такую мысль. Любой криминалист вам скажет, это элементарно: если одни и те же фигуранты участвуют и тут, и там, и там, то надо проверить, нет ли какой-то связи и между ними, и между деяниями, которые совершены. Но этой проверки проведено не было, именно поэтому вопросы остаются. Если все чисто, если все нормально, то почему же все это не проверить и не опровергнуть эти подозрения?

— С тех пор, как вы опубликовали книгу … Вы продолжаете заниматься этой темой?

— Мне кажется, я там все высказал, что мог, новых данных у меня нет. Может быть, я ошибаюсь, я был бы рад не ошибиться, — мне кажется, что практическая деятельность «лаборатории ядов» не остановлена, но приостановлена. Потому что новых подобных ситуаций мы не знаем; во всяком случае, они не выплыли наружу. Может быть, был сигнал о том, что надо остановиться.

— Фиаско с делом Литвиненко, возможно, приостановило деятельность «лаборатории ядов»?

— Это уже новая стадия; радиоактивные отравления до сих пор, насколько я знаю, не присутствовали — это был новый прецедент. Не знаю, будет ли дальше это разрабатываться; наверное, техническая и научная мысль не останавливаются, и это все совершенствуется. Только когда и где проявится — это мы увидим в будущем.»

Собчак умер скоропостижно и вовремя, весьма удобно и полезно для Путина. Слишком вовремя, слишком удобно и полезно для Путина — чтобы не возникло сомнений в том, что Анатолию Собчаку не помогли умереть. Чтобы у известного и яркого политика-демократа не возникло возможности и самой крамольной мысли острой критики политики чекиста Путина, «предавшего» демократические идеалы «учителя», Собчака, как это теперь делают его вдова Людмила Нарусова и дочь Ксения, ставшая одним из ярких и значимых символов демократической оппозиции Путину.

Поэтому повторять собчаковский вариант столь нужной и выгодной Путину смерти кремлёвского Буратины было не так-то и просто, потому что никто не поверил бы в «естественность» естественной смерти молодого и физически здорового Медведева. Следовало бы подыскать что-то иное.

2. Смерть Медведева в результате «самоубийства».

Неплохой вариант для Путина со смертью Медведева был бы при самоубийстве последнего, реальном или «удобном». Так, как якобы самоубился прямо в Кремле соратник Сталина Орджоникидзе. Или, например, бывший французский премьер-социалист Пьер Береговуа при президенте Миттеране — из служебного пистолета своего охранника, якобы халатно «забытого» в бардачке служебного автомобиля. Всё было бы хорошо, если бы на месте предполагаемого самоубийства свидетели не видели бы трёх подозрительных молодых парней спортивной комплекции с короткими стрижками, которые никогда затем не были установлены следствием и пропали бесследно.

После ГКЧП в 1991 году «самоубилось» несколько высокопоставленных номенклатурных чиновников аппарата ЦК КПСС, особенно завязанных на деньги партии в иностранных банках. Одни выпали из окон, другие пострелялись из наградного оружия, как недавно — бывший начальник Первого главного управления (советской внешней разведки) КГБ СССР генерал-лейтенант в отставке Леонид Шебаршин.

Однако, обычно сводят счеты с жизнью люди либо от полной безысходности, либо от угрызений совести. Но какая же безысходность у самого высокого чиновника в путинском режиме? У Медведева, судя по его циничным заявлениям и интервью, совестью не пахнет и близко. Слабо верится в осознание им всего того огромного негатива, которому подверглись страна и её народ за время правления путинской чекистской хунты с августа 1999 года.

Так что, вариант с самоубийством Медведева отпадал, как нереальный и неправдоподобный, так как проблема внятного и реалистичного объяснения самоубийства главы государства, только недавно выбранного на самый высокий пост в стране, молодого и здорового, была почти такой же непреодолимой как и его «естественная» смерть от болезни.

3. Гибель Медведева в результате «автокатастрофы».

По примеру загадочной гибели бывшего первого секретаря ЦК КП Белоруссии и кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС Петра Машерова, путинские спецслужбы могли бы организовать Медведеву автомобильную катастрофу. Однако это было не так просто, как могло бы показаться. Ибо уже сложился некий стиль поведения президентских кортежей на дорогах, которые перекрываются так глобально, что объяснить катастрофу случайностью вряд ли удалось бы.

Сомнения возникли бы немедленно и со временем только бы усиливались. Потому что было бы странно, что за восемь лет правления Путина не случилось ни одной, даже без смертельных исходов, а тут вдруг раз — и так мешавший Путину соперник оказывается в придорожном кювете. Этот вариант тоже отпадал.

4. Гибель Медведева в «авиакатастрофе».

Вариант смерти Медведева в авиакатастрофе был куда более правдоподобным. Самолеты при Путине падали, падают и падать будут. В том числе, с весьма высокопоставленными руководителями и известными людьми. В авиакатастрофах погибли генерал Лебедь, Артём Боровик, группа генералов ФСБ в Чечне.

Наконец, самой известной авиакатастрофой, чрезвычайно устроившей Путина и случившейся в очень нужный ему момент была гибель под Смоленском польского президента Леха Качиньского с большой группой сопровождавших его официальных лиц Польши, направлявшихся в путинскую Россию для скорбного празднования годовщины Катынского расстрела. Недавно в Польше были опубликованы новые данные, усилившие всегда имевшиеся подозрения по теории заговора — об организации убийства Путиным.

Гибель Медведева в авиакатастрофе не удивила бы почти никого, а позлорадствовало бы много народа. Этот вариант был неплохим для Путина.

5. Гибель Медведева в результате диверсии или теракта.

Организовать диверсионный, террористический вариант досрочного устранения Медведева с высшего поста в стране, которая пятнадцать лет ведёт необъявленные войны, было легче лёгкого. Выбор тут был огромный.

Гибель Медведева в результате взрыва, как в случаях с журналистом Дмитрием Холодовым, бывшим муфтием Чечни и ставленником Москвы Кадыровым-старшим.

Смерть Медведева от руки снайпера или заказного киллера, как братья Кеннеди, Анна Политковская, Сергей Юшенков, Галина Старовойтова, Владислав Листьев и многие другие.

Гибель Медведева могла бы последовать и в результате отравления, как в случаях с Александром Литвиненко, Юрием Щекочихиным, бывшим охранником Путина и ленинградским авторитетом Романом Цеповым. Список можно продолжать долго. Заводить новый заговор кремлевский еврейских врачей было бы, конечно стрёмно — времена все же не сталинские, но найти подходящие примеры было бы легко.

Диверсионно-террористический вариант был бы для Путина идеальным. Потому что он позволял не только эффективно избавиться от мешавшего Медведева, но и «красиво», полезно раскрутить эту гибель информационно и пропагандистски. Особенно, если привязать сюда чеченский, а ещё лучше — грузинский след. Тогда и Медведев ушёл бы из жизни героем, мартиром, мучеником, и Путин вернулся бы — героем-мстителем за подло загубленную молодую жизнь верного соратника, истинного путиниста.

При даже не очень хорошей подготовке, вполне можно было бы использовать эту гибель для окончательного решения вопроса с Грузией и Саакашвили. Она позволяла бы мотивированно и оправданно «замочить в сортире» грузинского лидера, — «в ответ» на «грузинскую диверсию». Рейтинг Путина внутри России легко и предсказуемо ушёл бы вверх, за облака — за счёт легковерных ура-патриотов, националистов, отморозков, фашистов. Этот вариант был чрезвычайно заманчивым и выгодным для Путина.

Когда Путин 24 сентября 2011 года публично унизил и оскорбил своего ближайшего соратника, добившись от Медведева не только послушного согласия на обратную рокировку в марте 2012 года, но и активного участия в путинском спектакле, многие с издевкой и юмором говорили про презрительное и издевательское отношение Путина к Медведеву: хорошо ещё, что не убил. Они и не думали, как близко они ходили рядом с истинным интересом Путина. И лично Медведев должен по гроб жизни быть благодарным своему патрону, что тот не решился реализовать в декабре 2008 года самый выгодный, и единственно перспективный для него вариант победного возвращения на трон.

Что спасло Медведева и окончательно погубило Путина?

Спасли Медведева от преждевременной физической гибели и окончательно политически погубили Путина вероятная путинская любовь или жалость к Медведеву (садисты часто сентиментальны), боязнь и высокая вероятность неприятия такого явного предательства внутри шайки (нарушения принципа «своих не сдаём» и не предаём), отсутствие у Путина больших политических амбиций, его самоуверенность и убежденность в том, что всё теперь в его России им «куплено» всерьёз и надолго, трусость шакала и обыкновенная человеческая лень. Путин тупо нарушил заповедь, никогда не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.

Как бы то ни было, но Путин физически и политически убирать своего верного и давнего партнера Медведева в конце 2008 года не решился или поленился. Что было очередной крупной, стратегической ошибкой. У Путина элементарно опять не нашлось в наличии пары яиц. Обыкновенных, волосатых, которые — между ног. Тех самых, которые самца делают альфа-самцом. Шакала окончательно оставили львиные амбиции. И в 2009-ом, и в последующие годы уставший и обленившийся шакал Путин, переставший даже делать вид, что он «лев», продолжал отсиживаться, отлёживаться в кустах, лениво дожидаясь своей очереди.

После первых восьми лет правления Путину не очень-то и хотелось самому сразу лезть обратно на главный трон, где царская корона тяжела, сильно давит на голову. Во многия знания, многия печали. Где безбрежны заботы и ответственность. Путина подвёл его природный гедонизм, его природная лень, как при совке. Путин решил на четыре года отсидеться в санаториях — в Белом доме, в Новоогарёве, в Бочаровом ручье, на Красной поляне и т.п. Делать по большому счёту ни хрена не надо. Если что, все шишки — Медведеву. А весь потенциальный прикуп, по расчёту Путина — ему, Путину. Лепота! Лежи на печи и ешь калачи! Мечта идиота. Мечта Иванушки-дурачка.

В этот самый момент Путин политически скончался, закончился, умер. Его политический труп стал неумолимо и безвозвратно холоден, начал неуклонное и необратимое разложение. Потому что каждый лишний год, месяц, день и час пребывания Медведева на царском троне безысходно и безвозвратно отнимал политический потенциал у Путина. Страна неуклонно привыкала к «царю зверей» Медведеву и, одновременно, неуклонно забывала шакала Путина.

Первичным, исходным и главным источником легитимности «президента» Медведева был Путин. Как батарейка Путин постоянно продолжал подпитывать свою креатуру, даже будучи в тени, и, как батарейка, Путин разряжался, терял свой энергетический потенциал. При этом, Медведев одновременно был подключен ещё и к центральной сети питания, которую составляла каждодневная властная деятельность главы государства и от которой сам себя отключил Путин. А президент, даже такой клоун, как Медведев, ежедневно раздавая должности и награды, неуклонно создавал вокруг себя свою собственную сеть, независимую от путинской, отрицающую путинскую.

Означала ли окончательная политическая смерть самого Путина и одновременную гибель его режима? Нет, ещё, автоматически не означала. Совсем даже наоборот…

Но об этом уже — в другой раз.

Реклама
%d такие блоггеры, как: